Category: образование

Category was added automatically. Read all entries about "образование".

richie

bonjour!

у меня в блоге только одно правило - вежливость
и уважение друг к другу.

Collapse )
  • Current Mood
    artistic
  • Tags
richie

осеннее настроение


Это не мой муж. Это его учитель в академии художеств, где моя половина девятый год
грызет гранит и древо искусства ваяния.
Два нехилых мужика подтянули на лужайку результаты учебного процесса, а Оля должна решать,
куда  устанавливать мужнины курсовые работы.

Collapse )

Казбек - пацан вполне серьезный,
И страстный, и, конечно, грозный)
я

НА-РА-НА...НА-РА-НА... С ОБЛАКАМИ БЕЛЫМИ, ПОЛЕТЕЛА Я...



Полетела я в отпуск, а вы пока тут почитайте, как внучка эмигрантов француженка Ирен Коммо создала в деревне Петрушево под Рязанью почти настоящую старорусскую усадьбу.

Дом переделали из сельской школы. Еще несколько лет назад купить такую можно было за бесценок.
О таких людях обычно говорят что-то вроде: «После революции в России их не осталось». Потомок одного из сподвижников Столыпина, Ирина Георгиевна впервые попала в СССР в 1959 году: ее, преподавателя русского языка, отправили на курсы повышения квалификации.

История Петрушево началась почти двадцать лет назад. Даже раньше. Не желая идти в преподаватели (как мать) и в чиновники (как отец), Ирен, дочь Ирины Георгиевны, решила стать советологом. Потом в России случился путч. И вместо того чтобы двигаться дальше по карьерной лестнице во Франции, Ирен решила отправиться в страну, где все то ли разваливалось окончательно, то ли только начинало строиться.
 Для всей семьи Россия всегда была романтической бывшей родиной, предметом воспоминаний, но точно не местом, куда берут и уезжают жить.
В России Ирен вышла замуж за Владимира Лопухина, бизнесмена и одного из ельцинских министров. Она рассказывает, что у них на кухне Гусинский и Ходорковский часами «что-то там делили». «Они такие смешные были, в пиджаках, все время что-то кричали. Мне с моими французскими мозгами смотреть на это было забавно», — Ирен рассказывает об этом, гуляя по деревне и кивая проходящим мимо бабушкам.

Почти всю утварь, которая есть в усадьбе, Ирен покупала у местных жителей.
«Мне очень нравится деревня, она меня не пугает. Ленин называл это «идиотизмом русской жизни». И меня этот идиотизм привлекает.
«Это пианино нам подарили люди, которые хранили его в хрущевке много лет. Оно занимало почти всю комнату, но выкинуть они его не могли. Чуть ли не спали под ним», — рассказывает старший сын Ирен Морис, указывая на огромный рояль посреди гостиной.
Жить в Петрушево постоянно не получилось («Мне все-таки нужно оплачивать счета»), но Ирен купила  старую школу и начала делать из своей деревни настоящую усадьбу. «Я поехала в деревню в пятидесяти километрах отсюда. Там в подвале сидела глава администрации. И она меня спросила: «Хотите купить школу?» Я ответила: «Хочу». Она говорит: «Ну вот мне тут провели газ. Нужно купить котел. Это стоит 1200 долларов. Оплатите, и школа ваша». На то, чтобы перевезти школу на участок, собрать и отремонтировать, ушло еще два года. «Сначала все были воодушевлены, потому что работали на француженку, но потом расслабились окончательно. Я прихожу, рабочие спят. Спрашиваю: «Чего вы спите?» А они: «А что плохого? Мы отдохнули, значит, будем работать лучше». Все это мне, конечно, было совсем непонятно».

Вечером за дымящимся бараньим супом, самсой и пловом опять ведутся разговоры на смеси трех языков. Французский бизнесмен рассказывает о том, что они вслед за Ирен купили здесь дом, потому что в Петрушево «все по-настоящему», а его русская жена добавляет, что их сыну, который в Париже начал забывать Россию, она хочет показывать свою страну именно такой.

Вечереет. Кажется, что в этой размеренной жизни и правда есть что-то гипнотизирующее. Что Москва с ее нелепыми судебными процессами, абсурдными новостями и еще более абсурдными законами с каждым часом становится все дальше и дальше. Ночью Ирен, ее старший сын и еще несколько гостей сидят за столом на кухне. Пьют водку со свежей брусникой. «Петрушево — странное место. Так мало времени прошло, а здесь уже переплелось столько историй и культур, — рассказывает Морис. — Мог бы, например, мой дед, француз до мозга костей, представить, что его библиотека окажется в русской глубинке?» Ирен улыбается сонной улыбкой. «А еще, — продолжает он, глядя на меня, — вы смотрели фильм «День сурка»? Так вот, завтра он у вас здесь начнется».
я

"The Duke of Hazard"

Быть супругом королевы тоже профессия. 10 июня исполняется 91 год  супругу королевы Великобритании Елизаветы II – принцу Филипу. Он снискал репутацию не Прекрасного Принца, а короля ляпов. Молва наградила  Герцога Эдинбургского титулом  Герцога Риска - “The Duke of Hazard". На приёмах и во время официальных визитов он в группе риска. 

Для ляпов у него есть любимое словцо "Ghastly."
Ужасно, отвратительно, кошмарно.

Именно так  определил он свои впечатления о Пекине в 1986 году -  " Ghastly."
Там же прозвучала реплика, адресованная студенту из Великобритании:
  "Если ты здесь задержишься дольше, то приедешь домой узкоглазым." 


Collapse )

Целую россыпь перлов нашла в книге The Royals/by Kitty Kelly/. Оттуда же и любимый анекдот самой королевы, рассказанный её бывшей невесткой Сарой Фергюссон:
Елизавета Вторая встретила президента Нигерии на вокзале и ехала с ним в карете. Тут одна из лошадей подняла хвост и пустила ветры. Королева поворачивается к генералу Говону : О! Я извиняюсь. Не очень хорошее начало Вашего визита".
"О, не извиняйтесь, пожалуйста",- говорит Говон,-" Кроме того, я думал, что это была одна из лошадей".
квн

Все, что нажито непосильным трудом!


Во всём мире ФОРБС насчитал  1.226 миллиардеров в 2011.
Лично я имею удовольствие дружить с французским миллиардером. Его зовут Жорж Коен. Сынок мой, сидящий между нами, на призывы учиться, учиться и учиться, резонно отвечает: мам, вот Жоржик  безо всяких дипломов ваших  богатейший человек.
На это возразить трудно.

Конечно, стать успешным (=богатым) и известным человеком можно и без диплома. Взять хоть вот этих:

Collapse )

Проживают Жорж с Мартин в Женеве, а на Кальвиньи ездят, как на дачу. " Там нас  не покидает необъяснимое чувство свободы",- объясняет пара. Да чего уж... Заработали на свой рай.  И что я могу сказать своему мальчику?

Une île pour Royaume